?

Log in

No account? Create an account
Донбасская Русь
Древнерусское. Продолжение 
15th-Mar-2018 04:34 pm
Победа на Трубеже переломила ход русско-половецкого противостояния. Теперь инициатива была полностью на русской стороне. Вскоре борьба была перенесена уже вглубь степей.
Пока Мономах рубился с половцами, оправившийся Олег Черниговский воспользовался ситуацией и перешел в наступление. Сначала он захватил города Муром, Ростов и Суздаль. При этом в бою под стенами Мурома погиб сын Мономаха, князь Изяслав. Для Олега это был успех, хотя и очень кратковременный. Вскоре из Новгорода на него обрушился старший сын Мономаха Мстислав и не только отбил все города, но еще и захватил Рязань. Олегу снова пришлось, как зайцу, бегать от дружинников более сильной родни. Кстати, в данном случае победитель Изяслав был не только родственником , но ещё и крестником проигравшего Олега, что по тем временам было не пустым звуком. Из-за этих родственных связей Мстислав не стал добивать Олега, а наоборот приложил все усилия, чтобы и Мономах простил непутевого родственника. С политической точки зрения было бы гораздо правильнее навсегда избавиться от Олега и его детей, но Мономах был слишком благороден для такого.
ipCMUeQITzM.jpg

Хотя никто не осудил бы Мономаха, если бы по его приказу Олега укоротили бы на голову. Во-первых, потому что там, где появлялся Олег, сразу же начинались смуты и кровопролитие. Не зря же в историю он вошел под прозвищем Гориславич. Таких персонажей не любят ни подданные, ни соседи. Во-вторых, православие конечно смягчало нравы русичей, но закон кровной мести все еще был в силе. И все бы поняли, если бы Владимир отомстил за сына. И, наконец, победителей вообще-то не судят.
Но случилось, что случилось. Мономах простил своего врага и ради блага Русской земли предложил заключить мир. Когда оба наших героев отойдут в мир иной, между их потомками, Мономаховичами и Ольговичами, разгорится новая усобица, которая то тлея, то вспыхивая, будет длиться десятилетиями и обескровит Русь.
1.jpg


***
После победы на Трубеже авторитет Мономаха был на небывалой высоте. Поэтому его призыв собраться и совместно разрешить накопившиеся противоречия приняли все русские князья. Правда, формально съезд проходил по воле Великого князя Киевского Святополка, но именно Владимир был инициатором и душой съезда.
Первый раз князья собрались в 1097 году в городе Любеч. Это был самый важный съезд, так как совместным решением было изменено политическое устройство Руси. Отныне отменялось лествичное наследование, и князья передавали свои уделы сыновьям, а не братьям. Кроме того, на съезде были разделены земли Руси между князьями. Каждый получил те уделы, которыми в свое время правили их отцы и деды при Ярославе Мудром. Был провозглашен принцип: «Каждый да держит отчину свою». Бывшее Черниговское княжество досталось Олегу и Давиду Святославичам, причем Давид правил в Чернигове, а Олег в Новгороде-Северском.
Князья отныне должны были владеть только унаследованными землями и не пытаться захватить себе земли соседей. В случае, если бы кто-либо нарушил эти договоренности, то все остальные князья должны были совместно выступить против агрессора. Это решение позволило хоть на время, но прекратить междоусобную борьбу.
Кроме того, была достигнута принципиальная договоренность о совместных действиях против половцев.
Проблема была в том, что помимо старших князей, на Руси были и князья-изгои: братья Василько, Рюрик и Володарь Ростиславичи; а также Давид Игоревич – правнуки и внук Ярослава Мудрого от рано погибших сыновей Владимира и Игоря соответственно. Каждый из них имел по небольшому княжеству, данному им по милости Великого князя на землях современной Западной Украины. По сравнению с владениями Олега Черниговского или Владимира Мономаха, не говоря уже о Киевском или Новгородских княжествах, это были малозначительные территории, но именно из-за них началась новая смута.
Князь Давид решил присоединить к своему Волынскому княжеству и владения братьев Ростиславичей: Перемышльское, Звенигородское и Теребовлянское княжества. А тут еще бояре стали убеждать его, что требовльский князь Василько готовится к войне и хочет изгнать Давида из Волыни. Но на открытую войну волынский князь не решился, тем более, что только закончился Любечский съезд, запрещавший войны между Рюриковичами. Давид прибегнул к интриге. Он явился к киевскому князю и обвинил князя Василько Ростиславича в желании объединиться с Владимиром Мономахом и выступить против великого князя. Мол, Мономах задумал захватить киевский престол, а Василько - Волынский. Обвинение было совершенно беспочвенное, но Святополк поверил.
Великий князь пригласил проезжавшего мимо Киева Василько в гости, а когда тот, ничего не подозревая, приехал, и его захватили в плен. Святополк долго колебался и искал возможность и с Васильком расправиться и не запачкаться. Он попытался переложить ответственность на кого-то, поэтому созвав бояр и изложив им подозрения Давида, князь искал у них совета. По версии летописца собравшиеся ответили так: «Тебе, князь, следует заботиться о голове своей; если правду сказал Давыд, пусть понесет Василько наказание; если же неправду сказал Давыд, то пусть сам примет месть от Бога и отвечает перед Богом». Священники попытались образумить князи и спасти Василько, но Святополк в очередной раз смалодушничал и переложил всю ответственность на Давида.
Тот же был рад стараться. По его приказу закованного в цепи несчастного Василько увезли из Киева в Белгород - небольшой город около столицы, где его должны были ослепить. Когда пленник понял, что с ним хотят сделать, он попытался сопротивляться: связанный, он отбивался так, что двое палачей не смогли повалить его. Им потребовалась звать еще людей на помощь и, в конце концов, князя бросили спиной на ковер, а на грудь положили доску на которую сели четыре человека. По словам летописца, князя придавили так сильно, что у него затрещала грудь. Потом слуга Святополка, торк по национальности, приступил к делу. Рука палача дрогнула, и нож, прежде чем выколоть князю глаза, еще и изрезал пленнику лицо. Затем полуживого пленника Давид увез в свои владения.
CB22Cth_BFU.jpg

***
Для благородного Мономаха произошедшее стало шоком. Едва узнав о преступлении, он мгновенно послал всем князьям извещение и просьбу собраться с дружинами, говоря: «Поправим зло, случившееся в Русской земле и среди нас, братьев, ибо нож в нас ввержен. И если этого не поправим, то еще большее зло встанет среди нас, и начнет брат брата закалывать, и погибнет земля Русская, и враги наши половцы, придя, возьмут землю Русскую». На клич князя поспешил явиться его недавний враг Олег Святославич с братом.
Объединив силы, князья послали гонцов в Киев, с требованием объяснений, а сами с дружинами двинулись следом. «Зачем ты зло это учинил в Русской земле и вверг нож в нас? Зачем ослепил брата своего? Если бы было у тебя какое обвинение против него, то обличил бы его перед нами, а, доказав его вину, тогда и поступил бы с ним так. А теперь объяви вину его, за которую ты сотворил с ним такое!», - писал Мономах Великому князю.
Осознав, какую кашу заварил, Святополк принялся юлить и сваливать всю вину на Давида. «Поведал мне Давид Игоревич: «Василько брата твоего убил, Ярополка, и тебя хочет убить и захватить волость твою, Туров, и Пинск, и Берестье, и Погорину, а целовал крест с Владимиром, что сесть Владимиру в Киеве, а Васильку во Владимире». А мне поневоле нужно свою голову беречь. И не я его ослепил, но Давид; он и привез его к себе», - оправдывался Великий князь. На что Мономах резонно заметил, что преступление произошло не во владениях Давида, а у Святополка в Киеве. На следующий день Мономах и остальные князья были готовы переправиться через Днепр и атаковать Святополка, но в их лагерь прибыло посольство, которое возглавлял киевский митрополит Николай, с ним была и старая вдова Великого князя Всеволода, мачеха Мономаха, а также представители духовенства и горожан.
Митрополит и не пытался выгородить киевского князя, зато он взывал к патриотизму князей. «Молим, княже, тебя и братьев твоих, не погубите Русской земли. Ибо если начнете войну между собою, поганые станут радоваться и возьмут землю нашу которую собрали отцы ваши и деды ваши трудом великим и храбростью, борясь за Русскую землю и другие земли приискивая, а вы хотите погубить землю Русскую!» - просил он Мономаха. Против таких доводов спорить было нельзя. Новая большая война между русскими князьями была бы смертельным ударом по государству.
По преданию, Мономах, слушая митрополита, расплакался и сказал: «Воистину отцы наши и деды наши соблюли землю Русскую, а мы хотим погубить!»
Начались активные переговоры между киевлянами и стоящими под городом князьями. Кстати, именно с киевлянами вел переговоры Мономах, так как Святополк пытался бросить город и бежать, но его силой остановили горожане.
В результате было решено, что во всем виноват только Давид Игоревич, и он должен быть наказан. Князь Святополк способствовал преступлению, поэтому именно он должен был своими силами разгромить Давида, пленить или изгнать его.
У Давида проблемы начались еще до решения князей. Едва только он попытался захватить владения своего пленника, как брат ослепленного Василька князь Володарь кинулся в бой. Его дружина загнала Давида в крепость Божеск и там осадила его. Загнанный в угол Давид стал оправдываться и обвинять во всем Святополка. «Разве я это сделал, разве в моем это было городе? Я сам боялся, чтобы и меня не схватили и не поступили со мной так же. Поневоле пришлось мне пристать к заговору и подчиниться». Демонстрируя свое раскаяние, Давид тут же отпустил пленника и вернулся во Владимир-Волынский.
Но следующей весной братья Володарь и Василько Ростиславичи вторглись в Волынское княжество, чтобы свершить месть. Первый удар Василько нанес по крепости Всеволожь, которую сжег до основания, а всех защитников казнил. Затем братья подошли к Владимиру-Волынскому, где заперся князь Давид, и потребовали выдать трех бояр, которые подговорили Давида ослепить князя Василько. В городе состоялось вече, присудившее отдать бояр на расправу. Пришлось Давиду отдать на смерть своих приближенных. На следующее утро тех повесили и расстреляли из луков дети князя Василько. Удовлетворившись этим, Ростиславичи вернулись к себе, но злоключения Давида продолжались. Против него, как и обещал, выступил Святополк Киевский.
Давид просил заступиться за него польского короля, и тот, взяв с Давида денег, пообещал помирить Давида со Святополком. Король Владислав попытался уговорить Святополка не трогать, но тот был непреклонен. Семь недель Давид просидел в осажденном Владимире, но потом бежал сначала в Польшу, а потом к половцам.
Святополк вошел во Владимир и совершил очередную глупость – начал войну с Володарем и Василько Ростиславичами. Вообще, когда изучаешь историю князя Святополка Второго, не устаешь поражаться его способности принимать ошибочные и просто глупые решения. На киевском троне он сидел исключительно по милости Владимира Мономаха, популярностью не пользовался, как полководец был слаб, но он словно испытывал терпение Мономаха. Святополк – это воплощенная глупость и алчность.
Ростиславичи вызов приняли, и когда армии сошлись в бою, слепой Василько поднял над головой крест и прокричал Святополку: «Его ты целовал, вот сперва отнял ты зрение у глаз моих, а теперь хочешь взять душу мою. Да будет между нами крест этот!» Началось сражение, но еще до того, как стало понятно, кто побеждает, Святополк в страхе бежал, бросив свою дружину.
С позором Святополк вернулся в Киев, но успел сделать очередную гадость – послал гонцов в Венгрию, приглашая венгров напасть на Володаря. Венгерский король Коломан с радостью согласился и двинулся на Русь. В этот момент возвращается Давид с половецкой армией хана Боняка. На небольшом пространстве Закарпатья, Галиции и Волыни оказываются четыре силы, каждая из которых воевала против всех:
• воины Великого князя Святополка;
• союзные им венгры;
• Ростиславичи;
• Давид Игоревич с половцами.
Начинается форменный хаос. Сначала венгры заставляют Володаря спрятаться за стенами крепостей. Потом Давид с половцами в битве на Вагре громит венгров. Это была славная победа, ведь венгров было в несколько раз больше. Князь Давид и хан Боняк сумели заманить врагов в ловушку и ударом со всех сторон оттеснили тех на край обрыва. Сотни венгров теснились на пяточке земли, сталкивали друг друга в пропасть. Часть попыталась бежать, но их два дня преследовали и уничтожали. Затем Давид схлестнулся с воинами Великого князя за контроль над городом Владимиром-Волынским. Сначала он побеждал, потом его снова изгнали… В 1099 году еще один венгерский отряд был разбит Володарем у Перемышля.
В конце концов, чтобы прекратить этот кровавый круговорот, в события пришлось вмешаться Владимиру Мономаху и Олегу Чениговскому.
В августе 1100 года в Витичево недалеко от Киева собрался новый съезд русских князей, на котором состоялся суд над Давидом Игоревичем. Судили его Великий князь Святополк Изяславич, Переяславский князь Владимир Всеволодович Мономах и братья Святославичи Олег Новгород-Северский и Давид Черниговский. За то, что он ослепил князя Василько, Давид Игоревич был лишён Владимиро-Волынского княжества, но ему оставили городки Божский Острог, Дубен и Чарторыйск.
Наконец-то прекратились усобицы, и князья могли объединиться для борьбы с половцами. Весной 1103 года состоялась встреча князей, на которой Мономах призвал всех не мешкая нанести удар по половцам. Ему возражали, что начинается время сева и нельзя для похода привлекать ополченцев и забирать коней у крестьян. Владимир отвечал так: «Дивно мне, дружина, что лошадей жалеете, которыми пашут; а почему не подумаете о том, что вот начнет пахать смерд и, приехав, половчанин застрелит его стрелою, а лошадь его заберет, а в село его приехав, возьмет жену его, и детей его, и все его имущество? Лошади вам жаль, а самого не жаль ли?». Крыть было нечем, и на немедленный поход согласился Святополк Киевский, а затем и остальные князья. Кроме того, половецкие кони были ослаблены после голодной зимы, а русские содержались в конюшнях, подкармливались зерном, и поэтому были сыты и здоровы. Это давало дополнительное преимущество нашим дружинникам.
Дружины Киевского, Переяславского и Черниговского княжеств частично верхом, частично на лодках спустились по Днепру до Хортицы, а затем двинулись в степь. Через четыре дня пути на берегах реки Сутени русские встретились с половцами. Те заранее узнали о подходе русских и смогли собрать огромную армию. Но в их рядах не было единства. Хан Урусоба считал, что стоит начать переговоры и заключить мир с Мономахом, но молодые ханы требовали битвы, считая, что легко разгромят русских, а затем обрушатся на беззащитные города Руси. Всегда безрассудная молодежь даже обвинила старого хана в трусости.
4 апреля началось сражение. В самом начале половецкий авангард во главе с ханом Алтунопой оторвался от основных сил, попал в окружение и был полностью уничтожен. Ни один из его воинов не смог вырваться. Ободренные этим успехом русские перешли в наступление на основные силы степняков. При этом пешие дружины, построенные в плотные ряды, вооруженные копьями и прикрытые щитами должны были принимать на себя удар половецкой кавалерии и останавливать врага. Это была наша сдерживающая сила. Княжеские конные дружины должны были наносить удар, окружать врага, прижимать его к русской пехоте, а затем преследовать бегущих, не давая им остановиться и перестроиться.
Никогда еще русские не одерживали столь убедительной победы над половцами. Почти вся половецкая элита осталась лежать на поле боя. Погиб Урусоба и еще девятнадцать ханов. Хана Белдюзя захватили живым. Он пытался договориться о выкупе, но князья решили иначе. Князь Владимир обратился к нему с упреком: «Сколько раз, дав клятву, вы все-таки воевали Русскую землю? Почему не учил ты сыновей своих и род свой не нарушать клятвы, но проливали кровь христианскую? Да будет кровь твоя на голове твоей!». Затем, не слушая оправданий, приказал убить степняка для того, чтобы остальные кочевники прониклись пониманием необходимости держать слово.
В результате похода русские князья освободили много пленников и взяли богатую добычу. Кроме того, под власть русских князей перешли несколько печенежских и торческих родов, ранее бывших вассалами половцев.
Удар половцам был нанесен страшнейший, но пока еще не смертельный. Не участвовала в битве орда прославленного хана Боняка, который в 1097 году спас Византию от печенегов, а затем вместе с Даниилом Игоревичем победил венгерского короля Коломана. Зимой 1105 года он совершил успешный набег на Русь. Спустя два года он и хан Шарукан совершил новый набег на Переяславское княжество, но на реке Суле половцы были разгромлены. В этом бою погиб брат Боняка. Русские дружины преследовали кочевников до реки Хорол. Много половцев попало в плен. Интересно, но после этой битвы Владимир Мономах и Олег Святославич взяли в жены для своих сыновей дочек половецких ханов. Это должно было примирить Степь с Русью, но для достижения мирной жизни пришлось еще немало повоевать.
В 1109 году небольшой конный русский отряд воеводы Дмитра Иворовича совершил рейд вглубь степи и дошел до Дона, где нанес стремительный удар по половецким кочевьям. Серьезных боев этот отряд не вел, но зато он разведал пути и выяснил положение половецких центров. В 1110 году в степь ходил сам Мономах, но это скорее было демонстрацией силы. В 1111 году Мономах совершит самый главный поход в своей жизни.
Поход был организован с размахом, которого Русь не знала со времен Святого Владимира. В нем принимал участие Великий князь, но реальным предводителем был Владимир Мономах. Хоть он и не был формальным лидером всех князей, но его слово значило гораздо больше, чем любой титул, а авторитет был непререкаем. Практически все княжества прислали воинов. Русские дружины должны были ворваться в самое сердце степи и там не только истребить основные силы врага, но и подорвать экономическую базу половцев. Сила удара должна была быть такой, чтобы надолго отбить у половцев желание нападать на Русь.
Выступили дружины еще по снегу на второй неделе Великого поста . Пехоту и припасы везли на санях. Когда началась оттепель, сани были брошены, и войско продолжило путь. До Дона дошли лишь через месяц, на шестой неделе поста. Точный маршрут похода неизвестен, точно так же как не ясно какую реку имел ввиду летописец: собственно Дон или его приток, сегодня известный как Северский Донец.
Впереди дружины ехал Мономах и священники, которые непрерывно пели молитвы. Так войско дошло до города Шарукань. Этот город был основан задолго до прихода в Причерноморье половцев. Возможно, это была одна из аланских крепостей, оставшихся с раннего средневековья. Город имел смешанное население и служил зимним убежищем для половцев. Возможно, часть его домов была из дерева и камня, но большую часть составляли юрты кочевников. Как сами жители называли город - неизвестно, наши летописцы называли его по имени хозяина – половецкого хана Шарукана. Город простоял до монгольского нашествия в тринадцатом веке, когда был разрушен и заброшен. До сих пор руины Шаруканя не найдены археологами, поэтому непонятно где точно он находился. Знаем лишь, что где-то между современными городами Харьковом, Чугуевым и Змиевым.
Штурмовать Шарукань русским князьям не пришлось, так как половцев в нем не было, а горожане вышли к русским с поклоном, и в качестве даров вынесли рыбу и вино. Князьям жители должны были сказать что-то в таком духе: «Мы тут никого не трогаем, вот и нас не троньте. Воюете с половцами? Так их тут давно и нет. Ищите их в степи. Нас только не троньте, мы в ваших разборках сторонние наблюдатели!». Просьбу свою они поддержали подарками и угощением. Так что их город не пострадал.
Зато соседний Сугров был взят и сожжен. Летопись не объясняет, почему один город уцелел, а второй пострадал. Наверное, сугровцы не захотели покориться, или там был половецкий гарнизон.
Русские легкие отряды рыскали вокруг основных сил, ища половцев. Они истребляли небольшие отряды врага, захватывали или разоряли кочевья, освобождали рабов и уводили или уничтожали стада скота – основу половецкого богатства. Так русские дошли до Дона.
Решительного сражения все еще не было, но половцы собирали в кулак все свои силы. Наконец, русская армия отправилась в обратный путь, а под предводительством Шарукана собрались воины всех степных родов. Теперь половцы попытались окружить и уничтожить русских дружинников.
24 марта передовые части русской и половецкой армии встретились у реки Салницы. В короткой схватке княжеский авангард отбросил врага, но это была лишь проба сил. Мономах остановил поход и дал своим воинам (и главное их коням) отдохнуть и набраться сил.
Главный бой начался спустя два дня. Половцев было значительно больше, они окружали русских со всех сторон. Зато наши дружинники были лучше подготовлены и вооружены, а их боевой дух был на высоте. Началось сражение. «Точно гром, раздался треск сразившихся рядов. И битва лютая завязалась между ними, и падали люди с обеих сторон», - пишет летописец. А дальше добавляет: «И падали половцы перед полком Владимировым, невидимо убиваемые ангелом, что видели многие люди, и головы летели на землю, невидимо отрубаемые». Интересный момент. Помните чудо у Доростола? Возможно, и тут случилось нечто подобное, но на этот раз уже помощь «тех» сил была на стороне наших предков.
Половцы ожидали, что русские, не способные быстро передвигаться из-за медлительной пехоты и обоза, будут медленно двигаться, построившись в каре и отбивая атаки. Тогда половцы могли бы идти параллельно и расстреливать русскую колонну из луков, добивать отстающих, а когда враг ослабеет и вымотается, Шарукан смог бы выбрать место и время для нанесения удара. Но случилось не так.
По приказу Мономаха русская армия атаковала первой. При этом пехота обороняла обоз, а конные дружины атаковали половцев в лоб. Тяжеловооруженные русские дружинники на крепких конях легко убивали своих противников. Что с того, что половцев было больше, если они были хуже вооружены и подготовлены? Ведь с нашей стороны бились профессионалы военного дела, а с той, по сути, ополчение? И численное преимущество для половцев обернулось неожиданной проблемой. Сила легкой кавалерии в мобильности, в способности нанести удар и оторваться от преследования, в возможности обстреливать врага с безопасного расстояния. Теперь же половецкие отряды, которые попали под удар, не могли отступить из-за напиравших сзади соплеменников. А тяжеловооруженные половцы из личных дружин ханов не моги вступить в бой из-за толп своих же воинов.
Княжеские дружинники буквально прорубали себе коридоры в окружавшей их орде, проходя через ряды противника как нож сквозь масло. К вечеру половецкая армия была рассеяна. Хан Шарукан бежал, а тысячи его воинов валялись убитыми. Победители захватили массу пленных, табуны коней и отары овец.
После боя князья допрашивали пленных. И снова начинается мистика. Пленные объясняли свое поражение тем, что на стороне русских бились бесплотные силы. «Как можем мы биться с вами, когда какие-то другие ездили над вами в воздухе с блестящим и страшным оружием и помогали вам?» - говорили пленные. Больше половцы не пытались атаковать армию Мономаха, и он благополучно вернулся на Русь.
Донской поход нанес половцам тяжелый удар. И не только материальный, но и моральный. Оказалось, что русские вполне могут достать своих обидчиков даже в степи, разорить кочевья и безнаказанно уйти.
Наученные этим горьким опытом половецкие ханы теперь трижды должны были подумать, прежде чем нападать на Русь. Часть половцев предпочла вообще покинуть приграничные с Русью места и откочевать на Северный Кавказ и к берегам Каспия.
Можно констатировать, что в 1103 году были буквально зачищены приднепровские половцы, а в 1111 – донские.

***
Через два года после победоносного похода скончался Великий князь Киевский Святополк Изяславич. Немногие плакали о нем, хотя вдова организовала роскошные поминки и раздала огромное количество денег на поминовение князя.
Известный историк В.Н.Татищев пишет о Святополке так: «Сей князь великий был ростом высок, сух, волосы черноватые и прямы, борода долгая, зрение острое. Читатель был книг и вельми памятен... К войне не был охотник и хоть на кого скоро осердился, но скоро запамятовал. При том был весьма сребролюбив и скуп». Святополк не отличился ни особыми военными талантами, ни умом, ни порядочностью. Зато запомнился постоянными поборами с граждан, введением новых налогов и содействием ростовщикам-иудеям. Не смог князь и удержать Русь в единстве. Западные, северные и южные княжества живут своей жизнью, ведут свои войны. Новгород и Полоцк вообще практически устраняются из общерусской жизни… Великий князь все больше превращается в номинального правителя. Страна начинает превращаться в конгломерат территорий. Не может Великий князь объединить всех своих номинальных подданных для решения единой сверхзадачи. Да и самой такой задачи нет. В прошлое ушли дерзкие походы Святослава и Владимира Святого. Даже наладить полноценную оборону собственной земли от кочевников Святополк оказался не в состоянии. Ведь теперь это не общерусское дело, а проблемы исключительно южных княжеств: Переяславского, Киевского, Новгород-Северского да Рязанского.
Таким был нерадостный итог правления Святополка и его ближайших предшественников Изяслава и Всеволода. Руси срочно нужен был правитель, который сумел бы вдохнуть новую жизнь и объединить страну. К счастью для нас такой правитель был – переяславский князь Владимир Мономах.
promo donbassrus march 1, 2016 11:50 12
Buy for 10 tokens
Внес небольшие дополнения в свою "Историю Донбасса". Думаю, что книга теперь полностью готова, так что читайте на здоровье! Если среди читателей есть представители издательств, то буду рад возможности издать ее в бумажном виде. Если вдруг кто-то захочет поблагодарить меня за уже…
Comments 
15th-Mar-2018 04:22 pm (UTC)
Интересный пост!
15th-Mar-2018 04:40 pm (UTC)
А вот потомков Святополка, оттёрли от великокняжеского престола и крупных княжений, более шустрые и удачливые потомки Мономаха и Олега Гориславича. Им досталось, точней смогли чудом вырвать себе, небольшое Турово-Пинское княжество в Полесье.

А ослепление Василька, конечно случай беспрецедентный!
15th-Mar-2018 04:40 pm (UTC)
Сплошные битвы)
15th-Mar-2018 04:56 pm (UTC) - СПАСИБО ЗА ЦЕННУЮ ИНФОРМАЦИЮ!
Как всегда интересно!
15th-Mar-2018 04:57 pm (UTC)
Иллюстрации хорошие!
15th-Mar-2018 08:20 pm (UTC)
"Не зря же в историю он вошел под прозвищем Гориславич"

Так он вошел в историю потому, что ПМЛ писал духовник Мономаха Сильвестр.

"закон кровной мести все еще был в силе"

Кровная месть была урегулирована с 1016 года "Правдой Ярослава" и внук Ярослава Мономах в своих отношениях с Олегом Святославичем никак не подпадал под ее параметры.
This page was loaded Sep 23rd 2018, 12:50 am GMT.