May 22nd, 2018

умели же действовать когда-то

После Аустерлица Венеция и Триест были переданы Австрией Франции. Поскольку Россия с Францией мирный договор не подписала - в Триесте по приказу французской администрации австрийцами были задержаны и конфискованы русские торговые суда.
Вскоре перед Триестом появился Сенявин со следующими силами: 84-пушечный «Селафаил», 74-пушечный «Св. Петр», 74-пушечный «Москва» и 50-пушечный фрегат «Венус». Корабли стали на якорь в полной боевой готовности под береговыми батареями Триеста.
Комендант крепости фельдмаршал-лейтенант и командор Антон фон Цах потребовал от Сенявина, чтобы русские корабли немедленно отошли от крепости на пушечный выстрел. На это требование Сенявин ответил: «Стреляйте, я увижу, где ваши ядра падут и где мне должно встать». В то же время австрийские власти уверяли Сенявина в своих добрых намерениях и объясняли действия своего правительства давлением Наполеона, который угрожал вторгнуться со своей армией в Триест. Сенявин требовал возвращения захваченных русских судов. Австрийским же чиновникам было сказано: «Теперь нет времени продолжать бесполезные переговоры. Вам должно избрать одно из двух: или держаться точного смысла прав нейтралитета или действовать по внушению французских генералов. Мой выбор сделан, и вот последнее мое требование: если час спустя не будут возвращены суда, вами задержанные, та я силою возьму не только свои, но и все ваши суда и корабли, сколько их есть в гавани и в море. Уверяю вас, что двадцать тысяч французов не защитят Триеста. Скажите генералу Цаху, что теперь от него зависит сохранить дружбу... которая столько раз была вам необходима и впредь может пригодиться. Уверьте его, что через час я начну военные действия».
Ровно через час все русские суда были освобождены, приняты по описи вместе с грузами, и 21 мая отправлены Сенявиным в Катаро.
источник
promo donbassrus march 1, 2016 11:50 10
Buy for 10 tokens
Внес небольшие дополнения в свою "Историю Донбасса". Думаю, что книга теперь полностью готова, так что читайте на здоровье! Если среди читателей есть представители издательств, то буду рад возможности издать ее в бумажном виде. Если вдруг кто-то захочет поблагодарить меня за уже…

Первый наш механик или Большие русские качели

22 августа (н. ст.) 1740 г. смещенный ранее царским указом с должности Главного Командира Охотского Правления чиновник – Григорий Григорьевич Скорняков-Писарев – был наконец-то фактически отстранен от дел и взят под стражу другим чиновником, назначенным на его место и прибывшим в этот день в Охотск, – Антоном Мануиловичем Дивиером. Должность эта, безусловно, была значительна: в переводе на наши реалии – полпред президента в Дальневосточном Федеральном округе + одновременно губернатор всех соответствующих областей разом. Однако мало ли кого куда назначали и откуда снимали в былые годы в России? И все-таки – данный кульбит судьбы Скорнякова-Писарева довольно интересен. Причем в первую очередь - именно как кульбит непосредственно – иначе говоря, как яркий, но характерный пример поворота судьбы яркого деятеля первой половины российского восемнадцатого века.

Что же это был за человек? Типичный, так сказать, "птенец гнезда петрова" второго ряда. Родился Григорий Григорьевич в 1675 г. в не слишком знатной семье каширских дворян, потомков выезжего литовского шляхтича Семена Писаря. Службу он, однако, сподобился начать не в городовом дворянском ополчении, а в много более перспективном месте – "при комнате" царицы Прасковьи Федоровны Салтыковой, жены царя Ивана Пятого, соправителя Петра Первого в 1682-1696 г.г. Из тамошних придворных вышел, кстати, такой известный впоследствии человек, как В. Н. Татищев – первый российский историограф. Татищева эта давняя близость с Салтыковыми исправно выручала в бурные годы правления Анны Иоанновны – дочери этой самой царицы Прасковьи. Писарева, однако, в тридцатые годы швыряло не по-детски – впрочем, как знать, может, контакты юности и спасли его от еще более серьезных неприятностей. Collapse )