donbassrus (donbassrus) wrote,
donbassrus
donbassrus

Category:

70 лет подвигу шахтеров Донбасса при обороне Одессы

 
В сорок первом:
70 лет подвигу шахтеров Донбасса при обороне Одессы
 
            Как часто приходилось вам слышать слова «забытый подвиг», применительно к событиям Великой Отечественной войны?
Какое впечатление производили они?
Казалось бы, в наши дни - 70 лет спустя, все, или почти все о той войне должно быть известно. Да, могут существовать различные трактовки событий или острые дискуссионные темы, может шириться деградация исторической памяти. Но это уже другой вопрос.
А вот чтобы героическое событие, было попросту «забыто». Не то чтоб совсем неизвестно, но как бы оставлено «в тени». И запустевшему месту подвига даже не присвоили статус памятника. Чтоб это длилось с советской эпохи, с ее культовым отношением к войне. «Так не бывает» - справедливо скажите вы, однако до недавнего времени, было именно так.
Важно понимать, что «забытый подвиг», о котором пойдет речь - не надуманный образ, вынырнувший из глубин военно-исторической литературы или передачи раскрывающей очередную «сенсацию».
Это факт из истории обороны Одессы.
Факт из жизни 250 воинов-шахтеров, земляков, родственников и прямых предков кого-то из современных жителей Донецкого края.
 
 
70 лет назад в Одессе
 
Август 1941 года. Первые, тяжелейшие для нашего народа месяцы Великой Отечественной войны.
Гитлеровские войска уже добились серьезных успехов, форсированным маршем реализуя положения тысячелетней германской концепции «Дранг нах Остен». Измотанные в оборонительных боях, обескровленные части Красной Армии отходили в глубь советской территории...
1 августа противнику удалось прорвать Южный фронт и 4-я румынская армия, выделенная для захвата Одессы, вышла на дальние подступы к городу.
В этих условиях уже 5 августа началась оборона «жемчужины у моря». Приказ Ставки звучал строго: «Одессу не сдавать и оборонять до последней возможности». 8 числа город с окрестностями объявлен на осадном положении.
Основная тяжесть боев легла на части Приморской армии. В ее тылу спешно готовилась глубокая система оборонительных рубежей, передовая линия которых, для защиты города и порта от артогня противника, проходила на расстоянии 20-25 км от окраин Одессы.
13 августа румыно-немецкие соединения полностью блокировали город с суши. В тот же день фронт войск Приморской армии разделен на три сектора обороны – восточный, западный и южный.
19 августа Ставка приказала создать Одесский оборонительный район (ООР) во главе с бывшим командиром Одесской военно-морской базы, контр-адмиралом Г.В. Жуковым. В сложившихся обстоятельствах – только флот мог осуществить подвоз боеприпасов и подкреплений осажденным частям, поддержать их огнем. Только морем была возможна эвакуация раненых и гражданского населения. Поэтому вся ответственность за дальнейшее руководство обороной была возложена на Черноморский флот.
В то же время противник произвел перегруппировку своих сил. Маршал и кондуэктор (вождь) Румынии Антонеску требовал от своих офицеров в кратчайшие сроки овладеть городом, и даже назначил официальную дату захвата Одессы, а также парада своих войск на ее центральной площади на 23 августа.
20 августа, подтянув резервы и имея 6-кратное преимущество в личном составе, 5-кратное – в артиллерии, значительное превосходство в танках и самолетах, враг перешел в наступление сразу во всех 3-х секторах обороны города.
Тяжелые бои вели в эти дни части Восточного сектора. Противник бросил в бой на этом узком участке фронта более 50 тысяч солдат и офицеров. С 22 августа атаки здесь не прекращались даже ночью.
Так для защитников наступил самый критический период обороны Одессы – борьба на ближних подступах.
 
412-я батарея
 
Здесь же в Восточном секторе в балке у села Чебанка находилась 412-я дальнобойная батарея береговой обороны. Ее мощная огневая поддержка имела решающее значение для всего сектора.
На построенной в начале 30-х годов по проекту видного военного инженера Д.М. Карбышева, береговой батарее были установлены три современные 180-мм пушки, с круговым обстрелом, которые могли поразить цель на дальности до 40 километров.
Хорошая маскировка, делала 412-ю незаметной даже с пролегающего рядом шоссе Одесса - Николаев.
Однако, предназначенная поражать дальние цели и малоуязвимая при ударах с воздуха, батарея была почти беззащитна от врага, оказавшегося рядом с боевыми расчетами. И если бы в критический момент что-нибудь помешало вывести батарею из строя, противник мог, завладев ее орудиями, направить их на Одессу.
 
Прорыв в Восточном секторе
 
В ходе наступления 23 августа румыны старались любой ценой захватить 412-ю батарею, расположенную на важном стратегическом направлении. Они собирались использовать ее для обстрела аэродрома, порта и фарватера (морского пути, по которому военные корабли и транспортные суда подходили к Одессе). Осуществление этого замысла означало бы гибель для осажденного города.
В этом районе Восточного сектора от берега моря и до села Шицли (чуть севернее батареи) стояли насмерть бойцы 1-го морского полка полковника Я.И. Осипова – легендарная морская пехота.
Имея большое преимущество в живой силе, румыны, поддерживаемые элитными немецкими подразделениями (в наших боевых донесениях фигурируют как «железные кресты») упрямо рвались к морю, к батарее. Усилив свою пехоту танками и кавалерией, противник беспрерывно атаковал позиции моряков.
Не обращая внимания на потери, враг добился успеха, оттеснив поредевшие части 1-го полка морской пехоты и 54-го стрелкового полка. Небольшие группы вражеских автоматчиков проникли в стык двух полков, и закрепились на рубеже в 2-3 километрах от  412-й батареи.
Вскоре румыны начали окружать Чебанку, береговую батарею и вышли на Николаевскую дорогу, где по направлению к Одессе подготовленной обороны еще не было. Здесь враг остановился, поджидая подхода своей боевой техники и артиллерии, накапливая силы для захвата 412-й батареи и дальнейшего прорыва к городу.
 
Маршевые роты
 
Связь с 412-й батареей прервалась, но по данным 1-го полка моряков вокруг нее шел бой, а значит, батарея была жива, и в штабе Одесского оборонительного района напряженно искали выход из создавшегося положения.
Начальнику Восточного сектора комбригу С.Ф. Монахову не хватало собственных сил, чтобы выбить просочившихся в стык между полками автоматчиков. Он просил помощи, но в распоряжении штаба свободных резервов не было. И перебросить бойцов из других секторов было невозможно – «жмут везде».
В это время командующему войсками оборонительного района Г.В. Жукову доложили, что во 2-м морском полку есть две только что прибывшие на пополнение маршевые роты, но они - не вооружены.
По сообщению комиссара батальона, в который пришли обе роты, С.И. Бондаренко, все 250 человек были шахтерами из Донбасса. Рвались в бой, но вооружить их было нечем.
Контр-адмирал Жуков уточнил, как они владели гранатой. Со слов комбата: бросали болванку, а настоящую гранату никто еще в руки не брал, но устройство и обращение с ней большинство знало.
Посоветовавшись с членом Военного совета ООР бригадным комиссаром И.И. Азаровым, посчитав, что другого выхода нет, командующий войсками оборонительного района решил послать на передовую шахтеров из 2-го морского полка, и приказал комиссару С.И. Бондаренко подготовить их к бою.
Через час за шахтерами должны прибыть машины для переброски группы в Восточный сектор на помощь командиру 1-го морполка Якову Осипову. У каждого бойца должно быть не менее пяти гранат. 
И.И. Азаров хотел лично подготовить шахтеров к бою. Но комиссар Бондаренко возражал, настаивая на том, что во 2-м полку с этой задачей «справятся сами», поскольку «шахтеры народ хороший». 
- Нам бы только оружие... -  заключил он с горечью.
Контр-адмирал Г.В. Жуков рассержено потребовал, чтобы бригадный комиссар Азаров остался в штабе: «Члену Военного совета подменять комиссара батальона или политрука роты - этого еще не хватало!».
Илья Ильич подчинился, но на душе у него остался горький осадок: посылать людей в бой без винтовок, с одними гранатами...
 
Сборы
 
Навсегда запомнил то, как уходили в свой бой шахтеры, политрук 2-го морского полка С.И. Бондаренко. Его рассказ приводит в мемуарах И.И. Азаров:
«Сначала собрали коммунистов. Объяснили задачу. Сказали: нужно выручать береговую батарею.
- Если враги захватят батарею, — начал политрук роты Пронин, — они ее мощные морские орудия повернут на город... Вы понимаете?
 - Да нас без ружьев, как куропаток, перестреляют, - перебил кто-то Пронина.
- А ты уж хвост поджал! - дружно навалились товарищи на бросившего реплику.
Потом собрали всех. Было примерно то же.
Кто-то нерешительно сказал:
- Без оружия в бой — все равно, что в шахту без отбойного молотка...
- А по скольку гранат дадут? — спросил другой.
- По шесть – восемь, - ответил Пронин.
- Ничего, - успокоил всех остальных кто-то, - граната - тоже оружие…
- Пора, что ли? - сказал напоследок один рослый шахтер».
В казарме осталось 12 человек - раненые и больные. Им передавали наспех написанные письма, просили записать адреса родных.
По просьбе шахтеров всем выдали тельняшки, кроме гранат дали саперные лопатки. Командиром отряда назначили старшего лейтенанта Силина, политруком – И.А. Пронина. Когда сели в машины, запели: «Слушай, рабочий, война началася…».
 
Ночной бой
 
О подробностях этого боя, к сожалению, известно мало. Из книги бывшего члена Военсовета ООР И.И. Азарова можно узнать, что «противник после сильной подготовки, пользуясь наступившими сумерками, бросил на 412-ю батарею два батальона. Солдаты шли в полный рост, волнами. Шли… падали… снова шли. Их подпустили ближе. А потом сразу загрохотали тяжелые и противотанковые орудия, четыре 82-миллиметровых миномета. Они грохотали 21 минуту. Враг не выдержал огня, побежал. На поле боя осталось больше 500 трупов».
Когда Азаров дозвонился до командира 1-го морского полка Осипова, тот сорванным голосом доложил, что связь с 412-й батареей восстановлена. Группа противника прижата к берегу. Есть пленные. Противник пытался расширить прорыв в стыке, где просочились автоматчики. Двигавшуюся туда роту с приданными минометными командами встретили шахтеры с гранатами. Они спасли положение.
«У них очень большие потери, – глухо сказал Осипов, – командир роты старший лейтенант Силин убит... Когда он упал, произошло замешательство. Но он поднялся и снова побежал. Второй раз упал – и уже не встал. Роту повел в атаку политрук Пронин».
Дополняет картину боя ценное свидетельство сражавшегося на 412-й батарее сержанта Ф.С. Задои: «В ночь на 24 августа батарею окружили, и весь личный состав отражал беспрерывные атаки недалеко от орудий. Румын было много и они все время лезли на нас. Связи с командованием в Одессе не было. 
Вдруг в районе Николаевской дороги начался бой. Видны были разрывы гранат, слышны взрывы и стрельба. Штурм батареи прекратился, а бой в районе дороги еще некоторое время продолжался, но затем затих. Защитники батареи поняли, что пришла помощь, и были уверены, что это моряки 1-го полка, наши соседи. Тем временем рассвело, а к нам на батарею никто не шел.
Мы, несколько батарейцев, осторожно подошли к месту боя и увидели жуткую картину. Перед дорогой, в траве, в кустах, лежали трупы румынских солдат с разрубленными головами, плечами, тела погибших наших бойцов в тельняшках, слышны были стоны раненых, ругань, призывы о помощи…
На земле валялись румынские винтовки. У некоторых наших мертвых бойцов в руках были зажаты окровавленные саперные лопатки, ножи и те же румынские винтовки с разбитыми прикладами.
Дальше по дороге несколько раненых бойцов, опираясь на винтовки, ходили, искали своих и перевязывали друг друга.
На обочине дороги сидел старый, с бородкой, боец в мичманке, ему другой боец перевязывал плечо. Старик попросил закурить, потом сказал, что надо найти нового командира – шахтера, он где-то здесь лежит, может жив. Старый моряк был местным жителем, смотрителем какого-то маяка. Он подсел в селе, чтобы показать дорогу к 412-й батарее, но тоже пошел в бой вместе со всеми.
Не знаю, что там было дальше по дороге и вокруг батареи, но подбежал наш юнга и сказал, что меня вызывает командир наладить связь с Одессой, и я, взвалив на плечи одного раненого, ушел на батарею.
Потом нам сказали, что наши спасители были шахтерами из города Сталино. Они ценой своей жизни спасли не только батарею, но и Одессу.
Позже, когда мы уже взорвали батарею и влились в 1-й морской полк, батарейцы снова вспомнили ночной бой, и пришли к единому мнению, что такой подвиг могли совершить только шахтеры, с их характером и силой…».
Вот как, пропуская каждую строчку через собственное сердце, реконструировал этот бой, ветеран Великой Отечественной войны, кадровый военный и историк Н.И. Царихин: «Колонна с потушенными фарами мчалась по Николаевской дороге, в сторону Чебанки.
Вскоре впереди стали хорошо видны взрывы и светящиеся цепочки трассирующих пуль. Там шел бой…
Не доезжая до дороги к 412-й батарее, колонну машин обстреляли, видимо, румыны издали услышали шум моторов.
Шахтеры спешились, прошли вперед.
На самой дороге, на обочинах и рядом с дорогой, было много румын, ночь была светлая, и их было видно.
Внезапно шахтеры бросились в атаку и применили гранаты, а командиры короткими очередями из своих автоматов, принялись, как в тире, расстреливать вражеских солдат. И хотя среди румын началась паника, стрельбу по шахтерам они открыли.
Наши бойцы смешались с румынами, и, орудуя саперными лопатками, ножами и кулаками, перешли в рукопашную.
Крики, стрельба, ругань, стоны…
Бой был скоротечным.
В ходе боя погиб командир отряда – старший лейтенант Силин. Его заменил политрук Пронин, но и он упал тяжело раненым в живот. Команду на себя взял какой-то шахтер, которого знал весь отряд.
На Николаевской дороге добровольцы разбили румын, часть из которых удрала.
Под руководством нового командира оставшиеся шахтеры построились, и по его зычной команде, с криками «ура», уже с оружием в руках бросились в атаку на румын, окруживших батарею. Сначала те оказывали сопротивление, но потом, не выдержав яростного натиска, бросив своих раненых и убитых на поле боя, стали отступать, приняв отряд шахтеров за крупную воинскую часть.
В своем первом и последнем бою шахтеры из города Сталино выполнили приказ и воинскую присягу, спасли от захвата 412-ю батарею и ликвидировали возможность прорыва на Одессу румынских войск.
Сами же шахтеры почти все погибли, не думая ни о славе, ни об орденах, ни о памятниках...».
 
Чтобы помнили…
 
Прошли годы. Величественные обелиски выросли на местах кровопролитных сражений. Героические рубежи обороны Одессы покрылись цепью монументов и превратились в «Пояс Славы». А на запустевшей 412-й батарее так и не появилось памятника 250 шахтерам.
Первым о воинах-шахтерах, в своих книгах посвященных обороне Одессы, упомянул И.И. Азаров. Краткая, часто искаженная информация о бое у 412-й батареи время от времени пробивалась в военно-исторической и краеведческой литературе. А в 1985 году короткий эпизод, в котором изображались эти события «проскочил» в художественном фильме «Подвиг Одессы». Но это не меняло ситуации - подвиг шахтеров оставался не увековеченным, и, в общем-то – неизвестным.
Однако рассказ о шахтерах Донбасса произвел сильное впечатление на одного человека. Им был одессит, ветеран Великой Отечественной войны, полковник в отставке, научный сотрудник Военно-исторического музея Южного оперативного командования - Новомир Иванович Царихин. Отдавая дань мужеству донецких горняков, он, начиная с 1980-х годов, в одиночку вел поиск сведений о бое у батареи в Чебанке. Проводя экскурсии, выступая в газетах и по телевидению, Н.И. Царихин старался привлечь внимание к проблеме увековечивания «забытого подвига». И однажды ему это удалось.
Осенью 2007 года в Донецке по инициативе секретаря городского совета Николая Левченко, при поддержке городского головы Александра Лукьянченко начались поисково-исследовательские работы, был проведен открытый конкурс на лучший проект монумента воинам-шахтерам.
Важная инициатива по увековечиванию памяти погибших земляков была поддержана Благотворительным фондом Бориса Колесникова, который организовал работы по изготовлению монумента и созданию мемориального комплекса.
6 мая 2010 года, в год 65-летия Великой Победы на Одесской земле у бывшей 412-й батареи был торжественно открыт памятник героизму и самопожертвованию шахтеров Донбасса, памятник воинам, отдавшим жизни «за други своя». Рядом с ним перезахоронили останки 42-х морских пехотинцев, погибших в 1941 году во время обороны Одессы.
Так на кургане у Николаевской дороги во весь свой могучий рост поднялся 5-метровый шахтер в матросской тельняшке, чтобы навеки закрыть собой Родину от незваных гостей и напомнить нам про последний долг перед павшими – священный Долг Памяти...
 
9 сентября 2010 года ушел из жизни «человек с большим сердцем», Новомир Иванович Царихин, успев передать эстафету памяти и увидеть, как воплотились в жизнь его многолетние усилия.
 
 
Мирослав Руденко

Subscribe

  • Украинизация США началась. Там становится весело

    Говорят, если долго всматриваться в бездну, то Бездна начинает всматриваться в тебя. Американские специалисты очень долго не просто…

  • Украина и Россия. Сравнение одного показателя

    В условиях нехватки еды живут 9,2 россиян и 9,8 миллионов украинцев. Учитывая, что россиян вчетверо больше это приговор "житнице Европы", как еще…

  • (no subject)

    Как-то незаметно на полочках моей квартиры появились три десятка оловянных фигурок, изображающих воинов разных эпох. Часть из них жена окрасила,…

promo donbassrus march 1, 2016 11:50 10
Buy for 10 tokens
Внес небольшие дополнения в свою "Историю Донбасса". Думаю, что книга теперь полностью готова, так что читайте на здоровье! Если среди читателей есть представители издательств, то буду рад возможности издать ее в бумажном виде. Если вдруг кто-то захочет поблагодарить меня за уже…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments